Про турниры, осады, про вольных стрелков…» Универсальная структура исторического романа была создана поэтом. Третье столетие она процветает в литературе и успела перекочевать в кино и игровую индустрию. Сегодня день рождения «шотландского чародея», поэта, писателя, историка сэра Вальтера Скотта (1771 – 1832). Популярность его романов в России была огромна. Евгений Боратынский отслеживал новинки и рефлексировал на тему «эклектического» романа. «…забыл благодарить твою маменьку за намерение прислать мне Вальтер-Скоттовскую новинку. Я, кажется, ее уже имею: это – Charles le Témeraire <Карл Смелый>, не правда ли?» Евгений Боратынский – Ивану Киреевскому. Ноябрь 1829 г. «Мне надо тебе растолковать мысли мои о романе… Фильдинг, Вальтер Скотт ближе к моему идеалу… Всякий писатель мыслит, следственно, всякий писатель – философ. Пусть же в его творениях отразится собственная его философия, а не чужая… Мы родились в век эклектический: ежели мы будем верны нашему чувству, эклектическая философия должна отразиться в наших творениях…» Евгений Боратынский – Ивану Киреевскому. Май 1832 г. «Айвенго», «Квентин Дорвард», «Роб Рой» – названия романов звучат как сладчайшая музыка с ноткой ностальгии. Но начинал Вальтер Скотт как ПОЭТ! К луне О ты, плывущий в мутной мгле Ночного неба страж бессменный! Тень облак на твоем челе, Печали полон взор нетленный. И как бы мог сиять вселенной Невинный, чистый лик луны Над миром злобы и измены, Над миром горя и войны! Нет, я не сетую сейчас На эти тучи, как бывало, Когда их тень у жадных глаз Красу любимой похищала. В те дни я их бранил немало, Хоть туч летучих череда И на моем лице скрывала Румянец сладкого стыда. Луна, клянусь, ты создана, Чтоб озарять приют влюбленных; Для них одних сиять должна В зерцале кладезей бездонных И, оставляя на оконных Решетках серебристый след, Ресниц касаться полусонных, Шепча, что близится рассвет. Перевод И. Комаровой Изображение - баронет сэр Вальтер Скотт. Грав. А. Флоров. Начало XIXв. Из собрания Национального музея РТ
Музей Е.А. Боратынского
«И польются легенды из сотен стихов
Про турниры, осады, про вольных стрелков…»
Универсальная структура исторического романа была создана поэтом. Третье столетие она процветает в литературе и успела перекочевать в кино и игровую индустрию.
Сегодня день рождения «шотландского чародея», поэта, писателя, историка сэра Вальтера Скотта (1771 – 1832).
Популярность его романов в России была огромна.
Евгений Боратынский отслеживал новинки и рефлексировал на тему «эклектического» романа.
«…забыл благодарить твою маменьку за намерение прислать мне Вальтер-Скоттовскую новинку. Я, кажется, ее уже имею: это – Charles le Témeraire <Карл Смелый>, не правда ли?»
Евгений Боратынский – Ивану Киреевскому. Ноябрь 1829 г.
«Мне надо тебе растолковать мысли мои о романе… Фильдинг, Вальтер Скотт ближе к моему идеалу… Всякий писатель мыслит, следственно, всякий писатель – философ. Пусть же в его творениях отразится собственная его философия, а не чужая… Мы родились в век эклектический: ежели мы будем верны нашему чувству, эклектическая философия должна отразиться в наших творениях…»
Евгений Боратынский – Ивану Киреевскому. Май 1832 г.
«Айвенго», «Квентин Дорвард», «Роб Рой» – названия романов звучат как сладчайшая музыка с ноткой ностальгии.
Но начинал Вальтер Скотт как ПОЭТ!
К луне
О ты, плывущий в мутной мгле
Ночного неба страж бессменный!
Тень облак на твоем челе,
Печали полон взор нетленный.
И как бы мог сиять вселенной
Невинный, чистый лик луны
Над миром злобы и измены,
Над миром горя и войны!
Нет, я не сетую сейчас
На эти тучи, как бывало,
Когда их тень у жадных глаз
Красу любимой похищала.
В те дни я их бранил немало,
Хоть туч летучих череда
И на моем лице скрывала
Румянец сладкого стыда.
Луна, клянусь, ты создана,
Чтоб озарять приют влюбленных;
Для них одних сиять должна
В зерцале кладезей бездонных
И, оставляя на оконных
Решетках серебристый след,
Ресниц касаться полусонных,
Шепча, что близится рассвет.
Перевод И. Комаровой
Изображение - баронет сэр Вальтер Скотт. Грав. А. Флоров. Начало XIXв. Из собрания Национального музея РТ