В любом обществе есть те, кого нельзя критиковать — не потому что они сильны, а потому что остальные слишком привыкли склонять голову.
Истинная власть редко принадлежит тем, кто громче всех говорит; чаще она у тех, кого тишина защищает лучше любых законов. Правит не тот, кто стоит наверху, а тот, вокруг кого выстроена невидимая зона осторожности. И чем шире эта зона, тем меньше у людей привычки задавать вопросы. Если хочешь понять устройство любой системы — не смотри на трон. Смотри на границы дозволенного слова. Там, где мысль боится шагнуть, начинается настоящая власть — не политическая, а структурная: корпоративная, культурная, академическая, бытовая. И мудрым становится тот, кто умеет читать эти границы так же ясно, как другие читают инструкции.
≪𝑪𝙀𝑵𝑺𝑶𝑹𝙀𝑫≪
В любом обществе есть те, кого нельзя критиковать — не потому что они сильны, а потому что остальные слишком привыкли склонять голову.
Истинная власть редко принадлежит тем, кто громче всех говорит; чаще она у тех, кого тишина защищает лучше любых законов.
Правит не тот, кто стоит наверху, а тот, вокруг кого выстроена невидимая зона осторожности.
И чем шире эта зона, тем меньше у людей привычки задавать вопросы.
Если хочешь понять устройство любой системы — не смотри на трон. Смотри на границы дозволенного слова.
Там, где мысль боится шагнуть, начинается настоящая власть — не политическая, а структурная: корпоративная, культурная, академическая, бытовая.
И мудрым становится тот, кто умеет читать эти границы так же ясно, как другие читают инструкции.