Генерал-полковник Гений Евгеньевич Агеев в 1991 году был первым заместителем председателя КГБ СССР Владимира Крючкова, возглавлявшего КГБ и ставшего одним из активно содействовавших ГКЧП (Государственный комитет по чрезвычайному положению).
Гений Евгеньевич Агеев родился в 1929 году в крестьянской семье в селе Усть-Уда Иркутской области. Когда Агееву исполнилось 8 лет, он вместе с родителями переехал в Иркутск. Там же Гений пошел в школу, после окончания которой поступил в Московский авиационный институт. После первого курса перевелся в Иркутский горно-металлургический институт, который окончил в 1952 году. Затем находился на комсомольской и партийной работе: заведующий военно-физкультурным отделом, отделом рабочей молодежи, заместитель заведующего отделом комсомольских организаций Иркутского обкома ВЛКСМ. В 1955 году Гений Евгеньевич был назначен заместителем секретаря парткома строительства Братской ГЭС. С большим удовольствием он вспоминал годы работы в партийном комитете всесоюзной стройки, когда проходило перекрытие реки Ангары, рассказывал об этом увлекательном для всей страны событии как один из руководителей. В 1961 году Агеева переводят в Иркутск, вначале он заведовал промышленно-транспортным отделом Иркутского горкома партии, чуть позже стал первым секретарем Кировского райкома партии, а затем вторым Иркутского горкома КПСС. Здесь он находит простор для своего энтузиазма: методом народной стройки благоустраивается набережная реки Ангары, получившая имя Гагарина. Сегодня это одно из любимых мест иркутян. По решению партийных органов в 1965 году его направляют на работу в систему государственной безопасности и назначают заместителем начальника Иркутского УКГБ. В 1967 году назначают начальником управления КГБ по Иркутской области. Облик этого мягкого душевного человека, романтика никак не вязался с образом чекиста. Но Юрий Владимирович Андропов, инициатор этого решения Политбюро ЦК КПСС, объяснял это так: «...надо, чтобы на службу в органы госбезопасности пришли люди, которые знают жизнь не только с чекистских позиций». Юрий Владимирович не выпускал сибиряка из своего поля зрения. Будучи на столь высоких должностях, Гений Евгеньевич всегда находил время для занятий спортом. Вместе с сотрудниками управления играл в волейбол, шахматы. Еще до Братска он являлся бессменным капитаном сборной команды Иркутской области по баскетболу, в Братске тренировал женскую волейбольную команду, в Москве постоянно занимался плаванием, был капитаном волейбольной команды, даже когда ему было под 60 лет, пробегал по 30 км на лыжах по выходным. В 1973 году Агеева с должности начальника УКГБ СССР по Иркутской области переводят в Москву начальником Управления кадров КГБ СССР. Он становится одним из самых доверенных лиц Юрия Владимировича Андропова.
Сидят (слева направо): Г.Е. Агеев, Г.К. Цинев, Ю.В. Андропов, С.К. Цвигун, В.М. Чебриков. Второй ряд слева (слева направо): Н.П. Емохонов, А.Н. Малыгин, В.П. Пирожков. 15 июня 1974 г. Фото из семейного архива
Юбилей Ю.В. Андропова, слева направо: Ф. К. Мортин, С.К. Цвигун, Ю.В. Андропов, Г.Е. Агеев, Г.Ф. Григоренко, В.И. Алидин произносит тост за юбиляра. 15 июня 1974 г. Фото из семейного архива
Когда осложнилась оперативная обстановка на транспорте, в Комитете госбезопасности создается 4-е (транспортное) Управление, а Агеева назначают его начальником. Советская история помнит это время: гибель теплохода «Адмирал Нахимов» и, вместе с ним, сотен людей; взрыв и пожар в Заволжье на газопроводе, когда в огне сгорели пассажиры проходившего мимо поезда... Череда драматических событий, в которых пришлось разбираться Агееву. Конечно, это был удар и по его сердцу. Курировал работу антитеррористического подразделения Альфа, в частности, под его руководством были разработаны детальнейшие инструкции, определяющие действия сотрудников группы в различных ситуациях, ведь времени на раздумья в этих ситуациях не было. Он собственноручно отредактировал последний вариант инструкций. Во время отпуска он всегда приезжал в Иркутск, доставал старую записную книжку, бережно перелистовал потертые странички, набирал имена друзей, встречался с ними. В числе первых навещал Валентина Григорьевича Распутина. Оба они родом из Усть–Уды и многое их в жизни объединяло. В 1983 году Агеев стал заместителем Председателя КГБ СССР, а затем и первым заместителем Председателя КГБ СССР. Было в его работе еще одно направление. Гений Евгеньевич рассказывал, что Андропов, назначая Крючкова главой ПГУ (Первого главного управления КГБ СССР), вызвал к себе Гения Агеева и сказал ему, что в реальности курировать работу этого управления и отвечать за нее будет именно он, так что ему пришлось очень плотно заниматься и этим. Все наиболее значимые решения, касающиеся разведки, принимал именно он. Андропов высоко его ценил и доверял ему.
Генерал-полковник Гений Евгеньевич Агеев первый заместитель председателя КГБ СССР
В лихолетье 90-х для него не было вопроса «с кем быть?». Он хорошо знал новых «вождей России», чувствовал приближение «криминальной революции» и стал в ряды сторонников сопротивления, используя и свой авторитет, и свои полномочия Первого заместителя Председателя КГБ СССР. Будучи заместителем главы комитета, Гений Агеев действительно выполнял все поручения шефа, который стал одним из вождей ГКЧП. К примеру, согласно официальной версии, Агеев принимал непосредственное участие в удержании Михаила Горбачева в Форосе. Кроме того, если верить Борису Минаеву, автору издания «Ельцин», Крючков поручил Агееву связаться с заместителем министра обороны Ачаловым для разработки операции по блокированию и захвату Белого дома, а также сообщил о том, что арестованный Ельцин будет отправлен в «Завидово». Понятно, что после провала путча Гений Агеев оказался в числе тех, чей арест одобрил Верховный Совет. Прокуратура РСФСР выдала соответствующий ордер на Агеева за участие в попытке государственного переворота. Гений Евгеньевич, конечно, тут же был уволен из Комитета госбезопасности. Поражение в 1991 году ГКЧП стало и его личным поражением. Очередная попытка судьбы проверить Гения Евгеньевича на прочность закончилась трагически. Несмотря на проведённую операцию шунтирования сосудов сердца, сердце его не выдержало и 11 января 1994 года его не стало… В день его похорон в Москве стояла по-сибирски морозная погода. Снежинки опускались на цветы, на дорожки Троекуровского кладбища, на лица пришедших проводить его людей. Здесь были его соратники: Виктор Михайлович Чебриков, Владимир Александрович Крючков, Филипп Денисович Бобков, родные, друзья, товарищи... Прощание с Гением Евгеньевичем проходило под звуки «Патриотической песни» Глинки: Гимн Советского Союза был уже вне закона. Прошли годы. И вновь симпатии нашего народа на стороне тех, кто в смутное время 90-х встал на защиту СССР, на защиту России. Вспоминаю нашу последнюю с Гением Евгеньевичем встречу. Тяжелобольной, находясь в госпитале, он мне сказал: «У меня нет претензий к судьбе. Жизнь моя состоялась. И там, в Братске, и в Иркутске, и здесь, в Москве». Ему было всего 64 года… Вы правы, Гений Евгеньевич: все в Вашей жизни было не напрасно, все во благо России.
Могила Г.Е. Агеева на Троекуровском кладбище в Москве
Сибирский краевед
95 лет со дня рождения Гения Евгеньевича Агеева
Гений Евгеньевич Агеев родился в 1929 году в крестьянской семье в селе Усть-Уда Иркутской области. Когда Агееву исполнилось 8 лет, он вместе с родителями переехал в Иркутск. Там же Гений пошел в школу, после окончания которой поступил в Московский авиационный институт. После первого курса перевелся в Иркутский горно-металлургический институт, который окончил в 1952 году. Затем находился на комсомольской и партийной работе: заведующий военно-физкультурным отделом, отделом рабочей молодежи, заместитель заведующего отделом комсомольских организаций Иркутского обкома ВЛКСМ.
В 1955 году Гений Евгеньевич был назначен заместителем секретаря парткома строительства Братской ГЭС. С большим удовольствием он вспоминал годы работы в партийном комитете всесоюзной стройки, когда проходило перекрытие реки Ангары, рассказывал об этом увлекательном для всей страны событии как один из руководителей.
В 1961 году Агеева переводят в Иркутск, вначале он заведовал промышленно-транспортным отделом Иркутского горкома партии, чуть позже стал первым секретарем Кировского райкома партии, а затем вторым Иркутского горкома КПСС. Здесь он находит простор для своего энтузиазма: методом народной стройки благоустраивается набережная реки Ангары, получившая имя Гагарина. Сегодня это одно из любимых мест иркутян.
По решению партийных органов в 1965 году его направляют на работу в систему государственной безопасности и назначают заместителем начальника Иркутского УКГБ. В 1967 году назначают начальником управления КГБ по Иркутской области. Облик этого мягкого душевного человека, романтика никак не вязался с образом чекиста. Но Юрий Владимирович Андропов, инициатор этого решения Политбюро ЦК КПСС, объяснял это так: «...надо, чтобы на службу в органы госбезопасности пришли люди, которые знают жизнь не только с чекистских позиций». Юрий Владимирович не выпускал сибиряка из своего поля зрения.
Будучи на столь высоких должностях, Гений Евгеньевич всегда находил время для занятий спортом. Вместе с сотрудниками управления играл в волейбол, шахматы. Еще до Братска он являлся бессменным капитаном сборной команды Иркутской области по баскетболу, в Братске тренировал женскую волейбольную команду, в Москве постоянно занимался плаванием, был капитаном волейбольной команды, даже когда ему было под 60 лет, пробегал по 30 км на лыжах по выходным.
В 1973 году Агеева с должности начальника УКГБ СССР по Иркутской области переводят в Москву начальником Управления кадров КГБ СССР. Он становится одним из самых доверенных лиц Юрия Владимировича Андропова.
Во время отпуска он всегда приезжал в Иркутск, доставал старую записную книжку, бережно перелистовал потертые странички, набирал имена друзей, встречался с ними. В числе первых навещал Валентина Григорьевича Распутина. Оба они родом из Усть–Уды и многое их в жизни объединяло.
В 1983 году Агеев стал заместителем Председателя КГБ СССР, а затем и первым заместителем Председателя КГБ СССР. Было в его работе еще одно направление. Гений Евгеньевич рассказывал, что Андропов, назначая Крючкова главой ПГУ (Первого главного управления КГБ СССР), вызвал к себе Гения Агеева и сказал ему, что в реальности курировать работу этого управления и отвечать за нее будет именно он, так что ему пришлось очень плотно заниматься и этим. Все наиболее значимые решения, касающиеся разведки, принимал именно он. Андропов высоко его ценил и доверял ему.
Будучи заместителем главы комитета, Гений Агеев действительно выполнял все поручения шефа, который стал одним из вождей ГКЧП. К примеру, согласно официальной версии, Агеев принимал непосредственное участие в удержании Михаила Горбачева в Форосе. Кроме того, если верить Борису Минаеву, автору издания «Ельцин», Крючков поручил Агееву связаться с заместителем министра обороны Ачаловым для разработки операции по блокированию и захвату Белого дома, а также сообщил о том, что арестованный Ельцин будет отправлен в «Завидово».
Понятно, что после провала путча Гений Агеев оказался в числе тех, чей арест одобрил Верховный Совет. Прокуратура РСФСР выдала соответствующий ордер на Агеева за участие в попытке государственного переворота. Гений Евгеньевич, конечно, тут же был уволен из Комитета госбезопасности.
Поражение в 1991 году ГКЧП стало и его личным поражением. Очередная попытка судьбы проверить Гения Евгеньевича на прочность закончилась трагически. Несмотря на проведённую операцию шунтирования сосудов сердца, сердце его не выдержало и 11 января 1994 года его не стало…
В день его похорон в Москве стояла по-сибирски морозная погода. Снежинки опускались на цветы, на дорожки Троекуровского кладбища, на лица пришедших проводить его людей. Здесь были его соратники: Виктор Михайлович Чебриков, Владимир Александрович Крючков, Филипп Денисович Бобков, родные, друзья, товарищи... Прощание с Гением Евгеньевичем проходило под звуки «Патриотической песни» Глинки: Гимн Советского Союза был уже вне закона.
Прошли годы. И вновь симпатии нашего народа на стороне тех, кто в смутное время 90-х встал на защиту СССР, на защиту России. Вспоминаю нашу последнюю с Гением Евгеньевичем встречу. Тяжелобольной, находясь в госпитале, он мне сказал: «У меня нет претензий к судьбе. Жизнь моя состоялась. И там, в Братске, и в Иркутске, и здесь, в Москве». Ему было всего 64 года… Вы правы, Гений Евгеньевич: все в Вашей жизни было не напрасно, все во благо России.