19 дек 2024
ПРАВОСЛАВНЫЕ СТИХИ НИКОЛАЯ ГУМИЛЁВА.
Поэт с «христианским сердцем» (1886 г.-1921 г.)
Есть Бог, есть мир, они живут вовек,
А жизнь людей мгновенна и убога,
Но все в себе вмещает человек,
Который любит мир и верит в Бога... НИКОЛАЙ ГУМИЛЁВ
По некоторым биографическим сведениям, семья отца поэта происходила из духовного звания. Иногда косвенным подтверждением этого считают фамилию, которая, видимо, произошла от латинского “humilis”- «смиренный». Будущий поэт родился 3 апреля 1886 года в Кронштадте. Его отец, Степан Яковлевич, был судовым врачом и неоднократно совершал кругосветные путешествия. Отцовская тяга к странствиям передалась и Николаю. Мать читала детям (Николаю и его старшему брату Дмитрию) Библию, исторические повести и труды, а старая няня рассказывала множество русских народных сказок. Жена старшего брата поэта писала о семье Гумилевых: «Дети воспитывались в строгих принципах православной религии. Мать часто заходила с ними в часовню поставить свечку, что нравилось Коле. С детства он был религиозным и таким же остался до конца своих дней, - глубоко верующим христианином. Коля любил зайти в церковь, поставить свечку и иногда долго молился перед иконой Спасителя. Но по характеру он был скрытный и не любил об этом говорить»...
ХРИСТОС
Он идет путем жемчужным
По садам береговым,
Люди заняты ненужным,
Люди заняты земным.
"Здравствуй, пастырь! Рыбарь,
здравствуй!
Вас зову я навсегда,
Чтоб блюсти иную паству
И иные невода.
"Лучше ль рыбы или овцы
Человеческой души?
Вы, небесные торговцы,
Не считайте барыши!
Ведь не домик в Галилее
Вам награда за труды -
Светлый рай, что розовее
Самой розовой звезды.
Солнце близится к притину,
Слышно веянье конца,
Но отрадно будет Сыну
В Доме Нежного Отца".
Не томит, не мучит выбор,
Что пленительней чудес?!
И идут пастух и рыбарь
За Искателем Небес.
1910г.
По воспоминаниям современников, Гумилев не скрывал своей православной веры в послереволюционные годы, и это была его человеческая и гражданская позиция. Например, специально снимал шапку на площади и размашисто крестился на храмы в то самое время, когда сбивали кресты.
ВОРОТА РАЯ
Не семью печатями алмазными
В Божий рай замкнулся вечный вход,
Он не манит блеском и соблазнами,
И его не ведает народ.
Это дверь в стене, давно заброшенной,
Камни, мох и больше ничего,
Возле – нищий, словно гость непрошеный,
И ключи у пояса его.
Мимо едут рыцари и латники,
Трубный вой, бряцанье серебра,
И никто не взглянет на привратника,
Светлого апостола Петра.
Все мечтают: "Там, у гроба Божия,
Двери рая вскроются для нас,
На горе Фаворе, у подножия,
Прозвенит обетованный час".
Так проходит медленное чудище,
Завывая, трубит звонкий рог,
И апостол Петр в дырявом рубище,
Словно нищий, бледен и убог.
1910г.
ЗАВОДИ
Солнце скрылось на западе
За полями обетованными,
И стали тихие заводи
Синими и благоуханными.
Сонно дрогнул камыш,
Пролетела летучая мышь,
Рыба плеснулась в омуте...
...И направились к дому те,
У кого есть дом
С голубыми ставнями,
С креслами давними
И круглым чайным столом.
Я один остался на воздухе
Смотреть на сонную заводь,
Где днем так отрадно плавать,
А вечером плакать,
Потому что я люблю Тебя, Господи.
1910г.
*** ***
Я не прожил, я протомился
Половины жизни земной,
И, Господь, вот Ты мне явился
Невозможной такой мечтой.
Вижу свет на горе Фаворе
И безумно тоскую я,
Что взлюбил и сушу и море,
Весь дремучий сон бытия;
Что моя молодая сила
Не смирилась перед Твоей,
Что так больно сердце томила
Красота Твоих дочерей.
Но любовь разве цветик алый,
Чтобы ей лишь мгновение жить,
Но любовь разве пламень малый,
Что ее легко погасить?
С этой тихой и грустной думой
Как-нибудь я жизнь дотяну,
А о будущей Ты подумай,
Я и так погубил одну.
1916г.
Судя по всему, участие в военных действиях сильно ускорило духовную эволюцию поэта, так как потребовало крайнего напряжения сил. Именно в военные годы Гумилев осознал важную для себя истину: «Мне с трудом верится, чтобы человек, который каждую ночь обедает и каждую ночь спит, мог вносить что-нибудь в сокровищницу культуры духа. Только пост и бдение, даже если они невольные, пробуждают особые, дремавшие прежде силы».
ГОРОДОК
Над широкой рекой,
Пояском-мостом перетянутой,
Городок стоит небольшой,
Летописцем не раз помянутый.
Знаю, в этом городке -
Человечья жизнь настоящая,
Словно лодочка на реке,
К цели ведомой уходящая.
Полосатые столбы
У гаупвахты, где солдатики
Под пронзительный вой трубы
Маршируют, совсем лунатики.
На базаре всякий люд,
Мужики, цыгане, прохожие, -
Покупают и продают,
Проповедуют Слово Божие…
В крепко-сложенных домах
Ждут хозяйки белые, скромные,
В самаркандских цветных платках,
А глаза всё такие темные.
Губернаторский дворец
Пышет светом в часы вечерние,
Предводителев жеребец -
Удивление всей губернии.
А весной идут, таясь,
На кладбище девушки с милыми,
Шепчут, ластясь: "Мой яхонт-князь!"
И целуются над могилами.
Крест над церковью взнесен,
Символ власти ясной, Отеческой,
И гудит малиновый звон
Речью мудрою, человеческой.
1916г.
- Рахманинов - Элегия
Только слово средь земных тревог,
И в Евангельи от Иоанна
Сказано, что слово это Бог.
3 августа 1921 года Н.Гумилев за участие в контрреволюционном заговоре был арестован чекистами и три недели спустя расстрелян. Когда поэта арестовывали, он успел взять с собой самые сокровенные книги: Библию и гомеровскую «Одиссею». Известно, что Гумилев никого не выдал на допросах. Сохранилось мемуарное свидетельство одного из большевиков о последних минутах жизни Н.Гумилева: «Этот ваш Гумилев (...) шикарно умер.(...) Улыбался, докурил папиросу...Фанфаронство, конечно. Но даже на ребят из особого отдела произвел впечатление. Пустое молодечество, но все-таки крепкий тип. Мало кто так умирает...» Поэт был убит в тридцатипятилетнем возрасте, в период расцвета своих творческих и духовных сил.
Имя Гумилева находилось под запретом в течение шестидесяти лет после смерти поэта. И лишь в 1986 году запрет был снят. В 2001 году в Казанском кафедральном соборе Санкт-Петербурга прошла панихида «по рабу Божьему Николаю». Именно здесь отпевали Н.Гумилева в 1921 году... Поэт предчувствовал такой исход:
И Господь воздаст мне полной мерой
За недолгий мой и горький век...
Фамилия Гумилева впоследствии была прославлена и гениальным ученым Львом Гумилевым (сыном поэта и Анны Ахматовой) – этнологом, географом, историком, столетие со дня рождения которого будет отмечаться в следующем году. Лев Гумилев дожил до старости, но и его век был горьким: несколько десятилетий жизни пришлось провести в сталинских лагерях, а научная слава пришла к нему лишь незадолго до смерти. Но, по мнению Николая Гумилева, только человек, переносящий тяготы и страдания, способен существенно обогатить культуру. Именно такое преодоление закаляет человеческий дух:
И от древа духа снимут люди
Золотые, зрелые плоды.
Золотые, зрелые плоды.
Как сказано!
Вечная память тебе, Николай Гумилёв!
Божий посланник - нам, на диво!