На Руси не принято было хоронить людей, совершивших самоубийство, по православному обычаю и на общих кладбищах.

Самоубийство считалось тяжким грехом еще в языческие времена.
Древние славяне верили, что человек, наложивший на себя руки, не сможет обрести покой после смерти. Он даже может превратиться в так называемого «заложного покойника» (так называлась разновидность нечистых духов) и тревожить живых.
В христианскую эпоху самоубийц запрещалось хоронить в освященной земле, поскольку они прогневили Бога, отказавшись от дара жизни. Бытовало также поверье, что если похоронить такого мертвеца на христианском кладбище, то другие покойники «рассердятся» и в округу может прийти беда – например, неурожай или эпидемия. Если это происходило, таких покойников выкапывали из могил, чтобы остановить зло.
Сначала самоубийц хоронили далеко от населенных пунктов – в лесу, на краю поля, в оврагах, на перекрестках дорог… В более поздние времена их тела стали складывать в общие могильники, которые назывались «убогими домами», «божедомками» или «скудельницами». Они представляли собой просто огромные ямы и располагались вдали от православных погостов, обычно за чертой города или села, за рекой.