Весной 1984 года на заброшенном аэродроме под Архангельском нашли обгоревший МиГ-21.
Кабина была пуста, парашюты лежали на местах, а на приборной панели — высохшая лужа крови. В кармане кресла обнаружили диктофон. Когда плёнку расшифровали, в КГБ вызвали священника. На записи, помимо шума двигателя, был слышен шёпот на древнерусском языке: "Скоро ты станешь частью нас...". Этот случай стал последней каплей. Операцию «Голос» закрыли, архивы сожгли, а выживших лётчиков отправили в психбольницы. Но что это было? Тайный эксперимент по управлению разумом... или нечто, прорвавшееся из глубин истории? 23 июня 1979 года капитан Виктор Ермаков вылетел на МиГ-23 из Чкаловска для перехвата «неопознанного объекта» над Каспийским морем. Через 17 минут он начал передавать на базу бессвязные сообщения: — Командование, я... не могу... оно говорит через голову... — Что говорит? Немедленно уточните! — Голос... как мать... просит открыть дверь... Радар зафиксировал, как МиГ сменил курс и на скорости 2 000 км/ч врезался в воду. Обломки не нашли. В отчёте написали: «Отказ техники». Но техник, обслуживавший самолёт, покончил с собой через неделю, оставив записку: «Я слышал голос в наушниках. Он знал моё имя». В 2007 году журналист Андрей Ковров нашёл в заброшенном посёлке Тикси (Якутия) дневник физика-акустика Леонида Гурьева, работавшего над проектом «Голос»: *«10.12.1972. Сегодня испытали генератор "Звук-7" на собаках. Через 5 минут они начали выть и рвать морды когтями. Профессор Волков доволен: "Частота работает!"* *15.03.1973. Доброволец-лётчик Семёнов после 10 минут воздействия закричал: "Перестаньте шептать!" Пытался выпрыгнуть из кабины. Позже у него обнаружили кровоизлияние в слуховую кору...* *22.11.1975. Мы ошибались. Это не мы управляем сигналом. Он... приходит сам. Сегодня "Звук-7" включился ночью. На записи — голос, напевавший колыбельную на старославянском. Охранник сошёл с ума, сказал, что это пела его покойная жена»*. В 1981 году военные радисты на Камчатке поймали странную передачу: мужской голос повторял: «Исход идёт» на десятке мёртвых языков — от санскрита до этрусского. Сигнал шёл на частоте 3.14 МГц — той самой, что использовали для «Голоса». Инженер Пётр Лыков, участвовавший в расшифровке, рассказал Коврову перед смертью: — Это была не запись. Кто-то... или что-то... отвечало нам. Когда мы спросили: «Кто вы?», голос рассмеялся и сказал: «Мы те, кого вы разбудили». В 1983 году операцию «Голос» возглавил полковник КГБ Игорь Стахов. Через месяц он уволился, а в 1991-м повесился. В его доме нашли письмо: «Они существуют в радиоволнах. Древние, чужие. "Голос" пробил брешь между мирами. Они проникают через звук, как черви через почву. Единственный способ остановить — молчать...». Сегодня ту самую частоту используют только энтузиасты. На форумах пишут о «шепоте в эфире»: — Вчера слышал, как ребёнок звал: «Мама, открой дверь!»... У меня нет детей. — Говорили на языке, похожем на скифский. Переводчик выдал: «Мы уже близко». Может, полковник Стахов был прав. И где-то в бескрайних радиоволнах, между всплесками космического шума, «они» ждут, когда мы снова включим микрофон...
Юлия Орловская
Весной 1984 года на заброшенном аэродроме под Архангельском нашли обгоревший МиГ-21.
Кабина была пуста, парашюты лежали на местах, а на приборной панели — высохшая лужа крови. В кармане кресла обнаружили диктофон. Когда плёнку расшифровали, в КГБ вызвали священника. На записи, помимо шума двигателя, был слышен шёпот на древнерусском языке: "Скоро ты станешь частью нас...".
Этот случай стал последней каплей. Операцию «Голос» закрыли, архивы сожгли, а выживших лётчиков отправили в психбольницы. Но что это было? Тайный эксперимент по управлению разумом... или нечто, прорвавшееся из глубин истории?
23 июня 1979 года капитан Виктор Ермаков вылетел на МиГ-23 из Чкаловска для перехвата «неопознанного объекта» над Каспийским морем. Через 17 минут он начал передавать на базу бессвязные сообщения:
— Командование, я... не могу... оно говорит через голову...
— Что говорит? Немедленно уточните!
— Голос... как мать... просит открыть дверь...
Радар зафиксировал, как МиГ сменил курс и на скорости 2 000 км/ч врезался в воду. Обломки не нашли. В отчёте написали: «Отказ техники». Но техник, обслуживавший самолёт, покончил с собой через неделю, оставив записку: «Я слышал голос в наушниках. Он знал моё имя».
В 2007 году журналист Андрей Ковров нашёл в заброшенном посёлке Тикси (Якутия) дневник физика-акустика Леонида Гурьева, работавшего над проектом «Голос»:
*«10.12.1972. Сегодня испытали генератор "Звук-7" на собаках. Через 5 минут они начали выть и рвать морды когтями. Профессор Волков доволен: "Частота работает!"*
*15.03.1973. Доброволец-лётчик Семёнов после 10 минут воздействия закричал: "Перестаньте шептать!" Пытался выпрыгнуть из кабины. Позже у него обнаружили кровоизлияние в слуховую кору...*
*22.11.1975. Мы ошибались. Это не мы управляем сигналом. Он... приходит сам. Сегодня "Звук-7" включился ночью. На записи — голос, напевавший колыбельную на старославянском. Охранник сошёл с ума, сказал, что это пела его покойная жена»*.
В 1981 году военные радисты на Камчатке поймали странную передачу: мужской голос повторял: «Исход идёт» на десятке мёртвых языков — от санскрита до этрусского. Сигнал шёл на частоте 3.14 МГц — той самой, что использовали для «Голоса». Инженер Пётр Лыков, участвовавший в расшифровке, рассказал Коврову перед смертью:
— Это была не запись. Кто-то... или что-то... отвечало нам. Когда мы спросили: «Кто вы?», голос рассмеялся и сказал: «Мы те, кого вы разбудили».
В 1983 году операцию «Голос» возглавил полковник КГБ Игорь Стахов. Через месяц он уволился, а в 1991-м повесился. В его доме нашли письмо:
«Они существуют в радиоволнах. Древние, чужие. "Голос" пробил брешь между мирами. Они проникают через звук, как черви через почву. Единственный способ остановить — молчать...».
Сегодня ту самую частоту используют только энтузиасты. На форумах пишут о «шепоте в эфире»:
— Вчера слышал, как ребёнок звал: «Мама, открой дверь!»... У меня нет детей.
— Говорили на языке, похожем на скифский. Переводчик выдал: «Мы уже близко».
Может, полковник Стахов был прав. И где-то в бескрайних радиоволнах, между всплесками космического шума, «они» ждут, когда мы снова включим микрофон...